Сгнить на зоне. Как пытают, убивают и насилуют в украинских тюрьмах

Сгнить на зоне. Как пытают, убивают и насилуют в украинских тюрьмах

Жизнь заключенного в Украине ценой в копейку. И здесь совершенно неважно — случайно оступился, попал за дело, рецидивист или вовсе невиновен. Риски у всех одни. Зека или подследственного могут избить, изнасиловать, лишить еды, оставить без питья. Но страшнее всего — тюремные пытки. Изощренные методы подавления воли используют для разных целей. Удушье, электрический ток, неоказание медицинской помощи тяжелобольным — все это практика, помогающая конвоирам и следователям добиваться нужных им целей. В СИЗО — показаний, в колониях — сотрудничества...

2 октября в мире отмечали Всемирный день отказа от насилия. И эта дата позволит читателям "Вестей" заглянуть за толстые стены, сквозь которые сотни бесправных голосов кричат о помощи. Украинская тюрьма: как это страшно. Об этом сообщает mediazavod.in.ua со ссылкой на СМИ.

Забить авторитета

"Били резиновыми дубинками, проломили череп. Официально причина смерти — очаговая внутричерепная травма", — так начинает свой рассказ Яна, вдова убитого конвоирами заключенного 58 колонии в городе Изяславе Андрея Данилюка.

Мужа Яны забивали вдесятером. Не за проступок, не за нарушение режима — просто он слишком много знал. По словам вдовы, Андрея убили за то, что он не позволял поставлять в колонию тяжелые наркотики. А поставки контролировала администрация.

"Сотрудники колонии Василий Мокринский и Роман Франковский сейчас единственные, кто должен ответить за это убийство. Только по ним удалось собрать доказательства для суда, потому что Андрей оказывал сопротивление и оставил на них следы борьбы, травмы", — рассказывает Яна.

Вдова утверждает: "Он слишком много знал и шел против системы, которая зарабатывала деньги на наркотрафике". Андрей в тюремной иерархии занимал позиции лидера. Он был "на положении". И когда один из рядовых заключенных пришел к нему с вопросом — можно ли разносить наркотик для заключенных, которые передала ему для распространения администрация, Андрей запретил это делать.

Яна Данилюк, вдова погибшего заключенного

"Наркотики — инструмент подавления воли. Из людей в зонах часто делают "овощей" для того, чтобы их контролировать и зарабатывать деньги на родственниках, оплачивающих препараты", — говорит психиатр Виктор Багинский.

Фотографии, которые Яна сделала в морге, дают понять, что били Андрея не чтобы усмирить — его убивали. Экспертиза насчитала не менее 19 смертельных ударов по голове.

Внимание! Изображение содержит сцены жестокости и насилия. Нажмите на изображение для просмотра

Внимание! Изображение содержит сцены жестокости и насилия. Нажмите на изображение для просмотра

Внимание! Изображение содержит сцены жестокости и насилия. Нажмите на изображение для просмотра

Сейчас Яна ищет справедливости в суде и требует наказать виновных в смерти мужа. Но процесс длится уже 4 года, а те, кто забил заключенного, до сих пор на воле. До выхода на свободу по "закону Савченко" ему оставалось 2 месяца...

Сломать сильнейшего

"Безусловно, самое страшное, что может случиться с заключенным — это смерть. Но средство контроля — это пытки. Как правило, они осуществляются не руками конвоиров. Издеваются так называемые "активисты". Это люди, осужденные по статьям "неуважаемым" в местах лишения свободы. Администрация гарантирует безопасность и дает определенные бытовые преференции насильникам и растлителям в обмен на "сотрудничество". А сотрудничество это заключается в том, что они избивают, насилуют и пытают других заключенных" — рассказывает правозащитник, бывший сотрудник колонии Сергей Зуйков.

Сергей Зуйков, журналист, правозащитник, бывший сотрудник колонии

По его словам, единственная мотивация, которая двигает систему пыток в тюрьмах — это страх, и принцип его заключается в том, что если не издеваешься ты — будут издеваться над тобой.

"Из последних случаев мне почему-то врезался в память один ветеран АТО. Его избили, изнасиловали еще на карантине. А все потому, что это был человек с внутренним стержнем. Он не хотел сотрудничать с системой, не хотел работать на администрацию. Его отдали на расправу, и он автоматически попал в низшую касту среди заключенных. Это выдерживают немногие. Очень частые случаи — самоубийства", — рассказывает Зуйков.

Правозащитники утверждают, что в "пыточной географии" тюрем есть безусловные лидеры.

"Самые страшные колонии, где практикуют самые изощренные пытки, находятся в Харьковской области. Это 25-я, 100-я колонии. Также самыми опасными по праву можно назвать 77-ю Бердянскую зону и 58-ю колонию в Изяславе", — говорит правозащитник ОО "Альянс украинского единства" Олег Цвилый.

Олег Цвилый, правозащитник ОО "Альянс украинского единства"

Выкуп за безопасность

По данным организаций, которые занимаются защитой прав человека в местах лишения свободы, пытки — не просто средство давления. Издевательства в зонах и колониях уже давно превратились в средство заработка для пенитенциариев.

"Эту систему "крышевал" бывший начальник пенитенциарной службы Крикушенко, который сейчас подал в отставку. В 77-й колонии регулярно требовался выкуп с родственников заключенных в обмен на гарантии их безопасности, — рассказывает Сергей Зуйков. — Когда заключенный попадает в эту тюрьму, с его личным делом туда же попадает и информация о материальном положении его семьи, и суммы за это требуют с людей очень разные. Но я точно знаю, что в доле этого пенитенциарного общака находится прокуратура. Насколько мне известно, каждый начальник колонии раньше должен был передавать "наверх" 5000 долларов пенитенциарного "общака".

Пытки и издевательства — тяжелое наследие советской тюремной системы. Бьют, не оставляя следов побоев, наносят травмы, которые сложно идентифицировать как следствие пыток и зафиксировать при осмотрах. Мало того, фельдшеров, которые идут навстречу заключенным и все-таки фиксируют побои, просто увольняют и иногда и подвергают преследованиям.

Внимание! Изображение содержит сцены жестокости и насилия. Нажмите на изображение для просмотра

Внимание! Изображение содержит сцены жестокости и насилия. Нажмите на изображение для просмотра

Внимание! Изображение содержит сцены жестокости и насилия. Нажмите на изображение для просмотра

Внимание! Изображение содержит сцены жестокости и насилия. Нажмите на изображение для просмотра

"На фотографиях, собранных нашей организацией, зафиксированы издевательства. Об руки и ноги тушат окурки, наносят рваные раны ржавыми гвоздями, не позволяя их дезинфицировать ничем, кроме хлорки. В итоге люди гниют заживо. В 77-й зоне были случаи, когда в санчасти для пыток брали грязные инъекционные иглы и просто царапали заключенным руки, чтобы раны потом гноились", — рассказывает Олег Цвилый.

"Скрутка", "смирилка", "слоник" и "музыкальная комната"

Кажется, предела изощренной фантазии садистов, выполняющих пыточные приказы, просто не существует. В распоряжении "Вестей", оказалось несколько писем заключенных с обращениями в международные правозащитные организации, в которых подробно описываются применяемые к заключенным пытки. Заключенный Мехти Логунов пишет, что в тюрьмах применяются самые изощренные виды пыток.

"Слоник" — на человека надевают противогаз и пускают в воздухозаборное отверстие сигаретный дым или газ. Таким образом человек страдает от удушья.

"Скрутка" (пытка применяется в СИЗО для выбивания показаний) — заключенного заматывают очень туго в матрас или одеяло и избивают дубинками. Так не остается следов побоев, но человек чувствует боль и удушье.

Также правозащитники информируют о случаях пыток в стиле 1937 года.

"Смирилка" — когда на заключенного надевают смирительную рубашку, перетягивая тело с такой силой, что к конечностям не поступает кровь. В это время человека бьют.

"Заплыв" — человека кладут на пол, лицом вниз и на максимальную высоту поднимают вытянутые вперед руки, доводя до защемлений и травм позвоночника. Эта пытка не оставляет следов и достаточно 15 минут для того, чтобы полностью подавить любое сопротивление.

"Музыкальная комната" — двери в камерах, как правило, двойные. Заключенного закрывают между дверями, вместе с аудио колонкой включенной на максимальную громкость. От слишком мощного звука люди теряют сознание, получают травмы органов слуха и даже психические расстройства.

Все это — лишь часть ужасающих случаев садитсткого изощренного насилия, которое практикуют против заключенных. Нормой жизни является нарушение предельных сроков содержания в ШИЗО (штрафной изолятор, карцер), лишение пищи и воды, избиения и неоправданное применение спецсредств.

Болезнь как пытка

Еще одна вариация на тему пыток — неоказание необходимой медицинской помощи. "Вести" уже писали о том, как тяжелобольные заключенные вынуждены умирать в камерах, не получая даже обезболивающих препаратов на последних стадиях онкозаболеваний.

Болевший раком "пожизненник" Станислав Швецов умер в тюремной камере. Ухаживал за ним в последние минуты не врач санчасти, а сокамерник, а чтобы утолить боль от пролежней, через которые уже были видны кости, Стас пил гашишное масло, которое контрабандой передавали в тюрьму.

Медицина в тюрьме — только для избранных. В своем письме журналистам заключенный Сергей Терещенко, который находится в СИЗО №27 в Харькове, рассказывает, как его при приступах почечных колик, оставляли без воды и еды, и при этом угрожали "дать по почкам", если не прекратит требовать врача.

Крики заключенного о помощи настолько раздражали конвой, что когда за ним приехали врачи — вместо помощи его стали избивать.

"Тебе повезло, за тобой приехали, но ты за все ответишь", предупредили меня. — пишет Сергей, — Когда я стал спускаться по лестнице в плотном кольце конвойных, я был сбит с ног, ударился головой и поясницей и очнулся уже только на 1 этаже. В больнице им. Мечникова мне диагностировали перелом позвонка, черепно-мозговую травму и нарушение работы сердца".

Тема издевательств в тюрьмах практически бездонная, при этом доказать факты насилия и надругательств, даже если они привели к гибели человека, почти нереально.

"Без протокола вам многие расскажут, что их пытали и били, что они видели издевательства над своими сокамерниками, но документировать эти факты боятся как заключенные, так и сотрудники. Когда убили мужа, ни один из знавших об этом случае не стал давать показания", - говорит Яна Данилюк.

Яна и Андрей Данилюк до тюрьмы

Именно круговая порука, где руки по локоть в крови и у конвоиров, и у зека, позволяет так долгожительствовать системе пыток в тюрьмах, когда каждый боится давать свидетельские показания, ведь и сам вовлечен в издевательскую систему.



Источник: “http://newsmir.info/1828450”

ТОП новости

Вход